Шабаш тестов и прочей лобуды
приветствую в моем мире
Привет, Гость
  Войти…
Регистрация
  Сообщества
Опросы
Тесты
  Фоторедактор
Интересы
Поиск пользователей
  Дуэли
Аватары
Гороскоп
  Кто, Где, Когда
Игры
В онлайне
  Позитивки
Online game О!
  Случайный дневник
BeOn
Ещё…↓вниз
Отключить дизайн


Зарегистрироваться

Логин:
Пароль:
   

Забыли пароль?


 
yes
Получи свой дневник!

Шабаш тестов и прочей лобуды > Записи друзей


Записи все / пользователей / сообществ
кратко / подробно
воскресенье, 23 сентября 2018 г.
Тест: Awareness Of Truth Сэро Ханта Всё что о тебе стоит знать, так... ТвОЯ бЕсТиЯ 22:36:56
­Тест: Awareness Of Truth[BNHA]
Сэро Ханта


Всё что о тебе стоит знать, так это то, что ты являешься частью Бакусквада. Поступив в Юэй, ты моментально сдружилась с Ашидо. У тебя классное чувство юмора. Ты умеешь готовить. Так что проблем с попаданием в эту компашку у тебя не было. У тебя сильная причуда, управление электромагнитными волнами. Ты можешь отражать от себя энергию и иногда даже материю. Так что уважение Бакуго, ты кое-как заслужила. Хотя шутить ты над ним очень любишь. Однажды ты вручила ему пакетик с сырым попкорном. А потом сказала, что сам Кацуки похож на ананас. Бакуго разозлился и подорвал пакетик, и естественно из него повалил попкорн. После этого ты долго убегала от парня, а Кацуки еще долго называли машиной для попкорна.
С Киришимой тоже проблем не возникло. Тебе нравиться его упорство и желание выглядеть мужественно.
Каминари тебе как брат, ты помогаешь ему найти девушку. И пытаешься объяснить, что выглядеть дурачком, и выглядеть круто это две разные вещи.
А вот с последним членом Бакусквада, у вас удивительно интересные отношения.
С Сэро ты быстро нашла общий язык. Вот только, при нем ты смущаешься чаще, чем обычно. Да и парень как то слишком часто тупит в твоем присутствии. Вы с ним являетесь старшими в Бакускваде и пытаетесь контролировать этих трех неугомонных детей.
И вот у вас очередной урок, нужно достать флаг своего врага, раньше, чем он достанет ваш. Ты спряталась за стеной, и наблюдаешь за флагом команды врага. Понимая, что вокруг никого нет, ты бежишь вперед. И вот оно, заветный флажок, тянешь руку…еще чуть чуть. Внезапно твои руки обматывает лентой и ты летишь, куда-то влево. Ты падаешь на землю. Открываешь глаза и видишь улыбающегося брюнета.
-Я тебя нашел…-говорит парнишка.
-Сэроооо!! Ну так не честно!!! Я ведь почти словила его!!!-возмущаешься­ ты и поднимаешься на ноги. Звучит гонг, сообщающий, что ваша команда проиграла. Ты удрученно выдыхаешь.
-Ну прости, мне ведь тоже победа нужна была-парень улыбается тебе. А ты опускаешь глаза в землю. Ты каждый раз ему проигрываешь. Хотя и причуда у тебя сильнее, он слишком шустрый, ты не поспеваешь за ним и его реакцией.
Из за своих мыслей ты нахмурилась, и это не на шутку напрягло Ханту.
-Эй,[Твоя Фамилия]-тян, ты чего? Это ж просто флажок- растеряно говорит парень.
-Да-ты проворачиваешь кисти и с трудом освобождаешь руки от ленты-просто флажок-добавляешь ты и уходишь в сторону своей команды. Ханта смотрит тебе в след, пытаясь понять, причину столь странного поведения.
Тогда ты в серьез задумалась над тем, что ты слишком часто проигрываешь Сэро. Проигрываешь во всем. Будь то соревнование на самую клевую шутку над Бакуго, или баллами за урок. Ты всегда идешь за ним. После него…
Всю неделю ты старалась вести себя как обычно, но как только на горизонте появлялся Сэро, твоё актерское мастерство уходило в ноль. И Ханта просто не мог этого не заметить. Он привык смеяться с тобой, разговаривать по три часа ни о чем, и просто страдать фигней. И тут вдруг такие перемены.
И вот в пятницу вечером, вы собрались на девичник в комнате Момо. Только девочки. И куча сладостей. Вы весело беседовали на разные темы, начиная с журналов, заканчивая радужными пони. Но вот, как то разговор перешел в русло парней. Вы параллельно играли в карты, и Мина выиграла.
-Так, значит я загадываю желаниееее-протянул­а Ашидо- так я загадываю, что бы было так. Я сейчас задаю вопрос, и каждая из вас мне честно на него отвечает! Только честно!!-скомандова­ла девушка. Все согласились.
-Так значит. У вас есть выбор, встречаться с одним парнем из нашего класса, кто бы это был?-спросила Мина и в комнате резко поднялось давление.
-Тодороки..-смущенн­о ответила Момо.
-Даже не знаю, наверно тоже Тодороки- задумчиво сказала Хагакуре.
-Я тоже кстати- добавила Ашидо.
-Да-Тсую
Потом проследовал полуторачасовой допрос Урараки, и сошлись на варианте с Изуку. После чего, пришлось допрашивать Джиро, и после признания, что она не знает кого выбрать Тодороки или Каминари, всем все стало понятно.
И вот пришла твоя очередь.
-Только честно!-скомандовал­а Хагакуре. Все девочки ехидно улыбались, но сама хитрая улыбка была у Ашидо.
-Нууу, кто?-спросила Момо.
Ты втыкала в узор покрывала, на кровати Момо и медленно покрывалась румянцем.Ты была уверена что девочки считают, что ты тоже скажешь Тодороки.
-Ладно, мы все и так знаем что это Сэро!-сказала Ашидо. И ты ощутила как покраснели твои уши.
-Ч-Что? С Чего ты взяла??-возмутилась­ ты.
-Шутишь? Да все видят что вы друг за другом сохните еще с первой недели обучения!-Рассмеяла­сь Ашидо.
I]-Не правда!![/I]-Ты закрыла лицо руками и упала на кровать, лицом вниз.
-Да,это слишком очевидно- добавила Тсую.
-Нет это не так!!! Мне не нравиться Сэро!Честно!-ты выровнялась и смотрела на девушек.
-Главный критерий влюбленности! Отказ от того что ты влюблена!-Момо
-Нет!!Господи!!Всё!­! Ну вас-ты выбежала из комнаты и побежала вниз. Всё лицо горело, сердце слишком быстро билось.
"Откуда они знают, откуда? Неужели это так...заметно?Боже как стыдно."-подумала ты.
-[Твоя Фамилия]-тян-внезапно сказал кто то, сзади тебя. Ты подпрыгнула и повернулась.
-Прости прости, я не хотел пугать- Сказал Сэро,почесав затылок.-Чего там у вас случилось? Ты кричала так, и вся красная. Они что тебя душили?-Спросил Сэро. Ты выдохнула и улыбнулась. Всё таки он умел успокаивать, даже тогда, когда он сам был причиной истерики.
-Вот что, давай бери своё одеяло, я возьму йогурты, заходи ко мне, поговорим, как раньше- Ханта уперся руками в бока. А ведь вы не раз так делали. Собирались в его комнате и болтали о том ,о сём. Ты согласно кивнула и ушла к себе. Пока шла, думала , что ты будешь ему рассказывать, но так ничего и не придумалось.
И вот ты села на его кровать, а он улегся на свой лежак и ел йогурт. Ты укуталась в одеялко и ела свой.
-Ну рассказывай, че там стряслось?-спросил Сэро.
Ты решила рассказать, как было, ведь врать ему ты совсем не умела.
-Ну у нас зашел разговор за парней. Ашидо всё еще хочет выпытать кто кому нравиться-Начала ты. Сэро внимательно слушал.
-Вот. Допрашивала всех. Заставила Урараку сказать про Изуку, а Джиро выбирать между Тодороки и Каминари, прикинь?
Сэро залился звонким смехом.
-По-моему тут и так всё понятно-добавил он и поставил пустой стаканчик с йогуртом на стол, а сам сел на пол.
-Вот, потом очередь дошла до меня-ты протянула парню свой пустой стаканчик, и он его тоже поставил на стол.
-И?-Поинтересовался­ Сэро.
-И Ашидо начала убеждать меня в том , что мне кое-кто нравиться…-тут твоя уверенность куда-то испарилась, и ты пожалела о том, что решила рассказать правду. А вот Сэро не на шутку заинтересовался.
-А ты что?-спросил парень, подсаживаясь ближе.
-Ну, а я сказала что это не правда… и он мне не нравиться…-ты смущалась всё больше, и больше куталась в одеялко.
-А на самом деле?-Сэро повернул голову набок.
-ММ?-ты вопросительно посмотрела на Ханту.
-Ну, на самом деле, тебе этот “Кое-кто” нравиться?
Ты смотрела на парня, и понимала, что соврать ему не получиться.
-Я не знаю…наверно…да…-ти­хо сказала ты, ожидая следующего вопроса. Но его не последовало. Ты подняла глаза на парня. И сильно удивилась, потому что с его лица пропала улыбка. Он что то обдумывал.
-Поэтому ты себя так странно ведешь со мной?-внезапно спросил парень.
"ГОСПОДИ НЕТ!!НЕУЖЕЛИ ОН ДОГАДАЛСЯ!??Какого черта Сэро!!???"
-А…я…-всё что ты смогла выдавить.
-Тип, если тебе нравиться этот “Кое-кто” , то меня могут рассматривать как соперника,да? Боишься , что он ревновать будет?-спросил Сэро.
И ты поняла, что к твоему счастью парень не такой умный как показалось пару секунд назад.
-Ам, ну я…
-Пусть рассматривает!-внез­апно выпалил Сэро и поднялся. Ты удивленно посмотрела на парня.
-Ч..что?
-Пусть рассматривает меня как соперника!Я знаю что мы с тобой друзья, но…черт…как бы так сказать…-щеки Ханты порозовели, и он начал запинаться.
-Вообщем, ты мне нравишься…и…ну блин я не хочу…тебя с кем-то делить!!Тип, если ты не рассматриваешь меня как парня, то я пойму… но я не дам тебя обижать! Ты же, такая классная!!! И если надо, то я и мордель могу кому то поправить,йо. Так что.. короче, да…
Ты закрыла лицо руками и опустила голову. Сердце бешено билось о грудную клетку. Его слова снова и снова звучали в голове.
-Эй, ты там чего??Ревешь что ли??-Ханта стал перед кроватью на колени, так как хотел увидеть твое лицо.
-Господи ,Сэро. Какой же ты дурак!!- пролепетала ты себе в руки, пытаясь успокоиться.
-Ну… какой есть… если не нравлюсь то…
-Нравишься!!-Ты выкрикнула,убрав руки от лица, которое было одного цвета с волосами Киришимы.-Нравишься­!! Этот “Кое-кто” это ты!!Господи…-ты выбралась из одеяла, стала на коленки, на полу и сильно обняла Сэро на плечи.
Парень завис на пару минут.
-Чеерт, так мы нравились друг другу и молчали?…Вот это тормоза…-Сказала Ханта , улыбаясь. Он обнял тебя за талию и уперся носом в твоё плечо.
-Я даже тут тебе проиграла. Ты первый признался, что ж такое!!- бурчала ты, но прижималась к парню всё сильнее.
-Ахах, не переживай ты так. Я ведь парень, мне положено быть сильнее. Блин, от тебя так классно пахнет. Ты такая клевая. Если бы ты знала, как давно я хотел это сказать!!-Серо аж светился.
-Ваааааа, как мииииило!! У нас тут паааарочка!!Я её ищу по всему дому, а она тут обжимается!!-Мина заглядывая в комнату.
-Мина!!!!!-Ты крикнула на девушку.
-Ахаха тили-тили-тесто жених и невеста!!- добавил ,залетевший в комнату Каминари.
Ты ужасно смутилась, и вдруг услышала голос Ханты.
-Невеста…возможно…в­ будущем… было бы не плохо- и ты ощутила горячие губы парня на своей шее.-Она вкусно готовит, и вкусно пахнет. А вы молча завидуйте- Ханта ехидно улыбнулся. А ты жутко покраснев вписалась лицом ему в плечо.
-Моя, не отдам никому…обещаю- прошептал Сэро, тебе на ушко, когда комната опустела.
-Дурак…-пробубнила ты.
-И я тебя люблю…

­­
Что ж, я надеюсь что Вам понравилось. Я хочу начать писать тест по академии в стиле 16 , но не знаю стоит ли. Жду комментарии и предложения
http://rinotakumi.b­eon.ru/0-44-test-awa­reness-of-truth-mash­iro.zhtml
Пройти тест: http://beon.ru/test­s/1122-627.html
четверг, 13 сентября 2018 г.
Тест: • [F63.9] - Creepypasta three; # jeff the killer xxx Для всех... ТвОЯ бЕсТиЯ 21:03:49
­Тест: • [F63.9] - Creepypasta
three;


# jeff the killer

­­

xxx



Для всех окружающих, существование его было непримечательным. На людях он был обычным парнем, любящим вечерние прогулки, что давали ему бодрость и свежесть перед ночью. Ведь именно в это время, с восходом ночного светила, он превращался в настоящего демона.
Он был парнем необщительным, и отсутствие друзей только усилили его замкнутость, но присутствие одной девушки не давало ему окончательно сойти с ума.
Но все было не так просто.
Видя, как чужие руки ложатся на ее талию, он закипал. Глаза краснели, кровь начинала бурлить. И тогда он шел убивать.
Кровь брызгала на него фонтаном, но он продолжал рубить и резать, пока руки не уставали. Он никогда не смотрел куда наносил удары, он просто резал, глядя в сломанный калейдоскоп.
Девушка контролировала его действия, манипулировала им, сама того не зная. Юноша перерезал всех ее ухажеров, уродовал тела маленьким ножом для того, что бы остаться одному. Без конкурентов.
Он должен был заполучить тебя. Любыми способами. Это была его цель с того момента, когда он встретил тебя у фонтана поздно вечером. Тогда, ты согласилась на очередное свидание, а он тем временем шел от врача.
Парень был болен с самого детства. От безграничной мании, он не обращал внимания на обострение своей патологии. С каждой неделей, количество молодых убитых людей все росло, а в городе объявили чрезвычайную ситуацию: оповестив всех граждан по радио и телевидению, что в городе объявился маньяк, власти запретили всем выходить из дома без надобности днем, а ночью и подавно закрывшись на все замки, не высовывать нос на улицу.
Между тем, психопату, это не мешало продолжать убивать. Он все равно следил за девушкой и всеми ее парнями и жестоко с ними расправлялся, умело заметая за собой следы…
Его состояние ухудшалось с каждым днем. Пароноидальная мысль о том, что ты достанешься кому-то другому, не оставляла его и сегодня. Он был на взводе.
Глядя на то, как какой-то длинноволосый блондин покупает тебе сахарную вату, он моментально пришел в бешенство. В его глазах появились яркие битые стекла, словно он смотрел в сломанный калейдоскоп. Фигуры менялись, перестраивались, чередуя цвета, а парень закипал. В такие моменты, он плохо себя контролировал. Ему казалось, что он выпадает из реальности, в мир разноцветных геометрических форм, где не было ни звуков, ни времени. Здесь не было крови, паранойи. Здесь была тишина и был покой. Тут обитала ты.
Впервые в жизни, он не хотел возвращаться в реальность.
23:40
Накинув белый капюшон, юноша подкрался к кассовому ларьку и попытался подслушать ваш разговор, но из-за гула аттракционов и смеха детворы, ничего разобрать не получилось.
23:47
Сжав рукоядку ножа в кармане своей толстовки, он занял позицию за мусорными контейнерами так, что бы его самого, с аллеи , видно не было, но ему был бы виден весь бульвар и самое главное – ты.
23:50
Держа под наблюдением влюбленную парочку, маньяк обдумывал, как лучше и незаметней будет прирезать жертву и вот оно чудо – блондин поцеловав твою ладонь, направляется к туалетам. Незамедлительно, парень в белой кофте пробрался к кабинкам и зайдя в одну из них, дверь за собой не закрыл.
23:51
В паху образовалась жгучая противная боль. Ее нужно убрать. Срочно. И психу вновь повезло: голубоглазый блондин входит именно в ловушку маньяка.
23:52
Изуродаванное мужское тело, лежит на полу, уткнувшись головой в отверстие унитаза. <<Теперь нужно замести следы…>> - глянув в дверную щель, психопат заметил, что ты спохватилась искать бывшего парня.
Стинув с блондина ремень, он надел петлю на уже холодное горло. Затем, взобравшись на унитаз, психопат, рискуя свалиться и выбить дверь головой, балансируя, пытается повесить некогда бывшую жертву за висящую на тонком проводе лампочку.
Отголосок приятного ощущения после убийства, вспыхнул в его сердце и придал юноше силы. И когда все было сделано по задумке, встала главная проблема: как выйти из кабинки будучи незамеченным?
Пока черноволосый обдумывал план побега, ремень не выдерживая веса, рвется, не успев сломать шею психопату. Тот быстро отскочил в сторону, но все же выбил пластмассовую дверь. Покатившись куборем к мусорным бакам, ему удалось остаться незамеченным. Сегодня, удача была на его стороне. Уже третий раз за этот вечер, фортуна повернулась к нему лицом. Обдумав этот вопрос среди черных мешков и вонючих коробок, он решил, что вытащил выйгрышный билет. Раз все идет согласно плану и даже лучше, наверное и у тебя с ним может что-то сегодня завязаться.
Высынув голову из контейнера, он увидил тебя, твои слезы и припадок. <<Все мы больны…>> - подумал он, и о вот он, шанс! Подойти к девушке, утешить, пригреть. Вот он шанс! Вот он, родненький.
Но его останавливает кровь. Красные пятна на руках, кофте, лице. И тогда он незамедлительно вытирается белою толстовкою и спешит к тебе. Но вновь замирает – у сортиров полиция. <<Мр_зи...>>
Маньяк снова прячется за баками и ждет момента улизнуть. Но увидев подъезжающую скорую, он спешиn за машиной, скрываясь в подворотнях и кустах.

Идеально чистая палата. Запах хлора заставил тебя проснуться.
- Вы пришли в себя, - вроде как обрадовалась медсестра, - замечательно.
Ты повернула голову к открытому окну и вдохнула свежий воздух.
- Он жив? – спросила ты в пустоту, и в ответ услышала:
- [Т.И.]…
На глазах навернулись слезы. Ты сжала зубы, что бы не закричать.
- Мне жаль… - продолжала медсестра, но ты ее уже не слышала.
Плотно сжав веки, твое лицо исказилось. Внезапно, ты увидела вспышку. Это были тысячи разноцветных фигур, разной формы. Они меняли свои цвета и размеры, пока тело не пронзила боль в висках. И тогда калейдоскоп исчез, унеся с собой все неземные узоры.
Сфокусировав взгляд, перед собой, ты увидела молоденькую медсестру. Ее грудь была разорвана, весь пол был залит кровью. Тяжело дыша, ты подняла руку. В ней что-то вибрировало. Теплое, скользкое.
Шок и неверие обрушились на тебя. Ты поверить не могла что держишь еще пульсирующее сердце. От вида живого органа, тебя замутило, а в легких стало не хватать воздуха. Еще немного, и ты бы упала в обморок, но чужой голос, вернул тебя в реальность:
- Успокойся, - неожиданно, за своей спиной, ты услышала мужской глас.
Резко обернувшись на звук, ты увидела в окне черноволосого парня. Он медленно взобрался на подоконник и спрыгнул в палату.
- Ты все сделала правильно, - произнес он почти шепотом и отвел взгляд в сторону, на некогда бывшего сотрудника больницы.
- Хорошая девочка… Моя девочка…
Ты немного замялась, делая шаг назад. Затем вновь взглянула на колеблющийся орган, вскрикнула и дрожащей рукой, кинула его в стену. Новые брызги крови запачкали койку.
- Кто ты? – спросила ты своего нового незнакомца.
Он был невысокого роста, бледнокожий и худой. У парня были длинные черные волосы и темные глаза.
- Для тебя просто Джефф, - тихо произнес он и положив тебе руку на плечо, призвал присесть.
Ты покорно опустилась на испачканную койку, а черноволосый устроился на полу напротив. Между вами было всего два отличия: он парень, ты девушка. Он живой, а ты была уже мертва. В остальном, вы полностью похожи: больной, сумасшедший взгляд, желание убивать и лишь ради одного: любви.
- Прошу, пойдем со мной. Я уберегу тебя от всего и всех. Мы будем вместе всегда. Счастливы… Прошу… Мне тяжело существовать без тебя…
И повисла пауза. Какое-то время, вы смотрели друг другу в глаза, а после, твои веки закрылись. Губы изогнулись в странной улыбке, стараясь не следовать его просьбе уйти в темноту.
- Сумасшествие…
Ты положила ладонь на лоб, смерив температуру тела, а затем вытерла рукой вспотевший лоб. На нос с него упала капелька крови и скатилась к губам. Словив ее языком, ты попробовала алую жидкость на вкус и сделала заключение:
- Даже слаще твоего признания…
Эта картина и слова, ввели парня в состояние пламенного экстаза. Он столько лет потратил на убиение и огорождение тебя от других мужчин и наконец, у него это получилось. Получилось даже лучше, чем он мог себе представить.
Фортовый парень.


xxx

Пройти тест: http://beon.ru/test­s/1122-558.html
вторник, 11 сентября 2018 г.
Тест: Особенная [сборник] Мемуары... ТвОЯ бЕсТиЯ 07:20:58
­Тест: Особенная [сборник]
Мемуары Ванитаса


Metric - Eclipse (All yours).


Луи де Сад: твой отец - чистокровный вампир - был хорошо знаком с семьёй де Сад, поэтому, когда тебе исполнилось около десяти, повёл тебя в их обитель, чтобы его замкнутая дочь расширила круг знакомств. Луи, весёлый мальчик с соблазнительным блеском золотистых глаз, почти сразу завоевал твоё внимание, однако ты себе в этом не признавалась. Крайне сдержанно поздоровалась с ним, в то время как он лучился вежливой улыбкой и проявлял все свои джентльменские качества, чтобы завлечь тебя в своё логово. Попытался играючи подарить поцелуй в тыльную сторону твоей ладони, но ты тут же выхватила свою конечность из чужой хватки, вызвав у него смешок - ты уже в раннем возрасте выработала в себе принцип не подпускать близко незнакомцев. Но, стоило твоему отцу покинуть детское общество, как юноша подшутил над тобой, как и над Архивистом:
- Ной, а ты знаешь, что (Твоё имя) - полукровка? - с хитром прищуром поинтересовался он у друга. - Люди держали тебя, чтобы съесть, а с учётом того, что (Твоё имя) относится к ним, тебе стоит быть поосторожней, пока она не проголодалась, ха-ха!
Смуглый мальчик стал отстаивать доброту людей, хотя после твоего хмурого взгляда начал неосознанно остерегать тебя, веря юноше. Ты же сжала кулаки, воспылав злостью от грубого упрёка: мало того, что над тобой издевались ровесники, так ещё и этот мальчишка начал. Без лишних церемоний ты подошла к нему походкой палача, схватила его за галстук и, придвинув к своему лицу его лик, прорычала ему в губы:
- А ты имеешь что-то против полукровок? Мы не виноваты, что родились не такими, как все! Ты очень низок, если смеешь смеяться над такими вещами!
Луи несколько опешил, потому что по своей озорливой натуре он любил подшучивать над другими и как максимум получал от того же Ноя игрушкой по лицу, в то время как ты уже была готова ринуться в бой. Но, несмотря на угрозу, его позабавило увиденное: ты наконец-то сняла камень с лица и проявила хоть какие-то эмоции. Брюнет примирительно поднял руки и сказал с лукавой улыбкой:
- Хорошо, больше не буду смеяться над тобой. Только не ешь меня.
Но ты, не оценив шутку, со всей силы повалила мальчишку на лопатки, оседлав его, и начала разъярённо пыхтеть. Луи удивлённо поднял брови, однако позже выражение его лица сменилось - просияло заинтересованностью­. Доселе он был готов признать, что ты занудная девица, которая только и умеет читать морали, но в твоём арсенале оказалась пара фокусов, которые впечатлили его. "А ты неплоха для полукровки", - оценивающе произнёс Луи, чем поверг тебя в предательское смущение. Но, вернув своему лицу прежнюю отстранённость, ты угрюмо сказала: "Если извинишься, я отпущу тебя". Юноша опешил, расценив твою просьбу как жестокую пытку; он ненавидел перед кем-то извиняться, но твой взгляд говорил красноречивей слов. Сквозь зубы недовольно пробубнил, не заглядывая тебе в глаза: "И... извини", почти выплюнув ненавистную фразу. Ты довольно хмыкнула, но, заглядевшись на его полусмущённое лицо, почему-то сама начала пылать ярче закатного солнца. Луи, из любопытства глянувший на тебя, интригующе повёл бровью, подмечая, что ты обладешь особой изюминкой, когда позволяешь себе краснеть.
- Как прелестно, - с иронией протянул он, скрывая благодатное удивление за завесой шутливости. - Ты умеешь смущаться.
Застигнутая врасплох, ты встала с него и поторопилась с гордо поднятой головой подальше удалиться от него. Луи ещё долго забавлялся твоей персоной, потому что ему было непривычно видеть столь серьёзного и молчаливого человека в нежном возрасте, ведь дети вокруг него всегда открыто выражали свои эмоции. Ты же походила на строгую учительницу, которую хотелось передразнивать, что, впрочем, так и было: часто изображал твою ровную походку, хмурое лицо и вечно насупленные брови, за что получал игрушкой в лицо - для приличия ты больше не распускала руки и отнимала собственность у Ноя, используя это как оружие. Луи находил тебя очаровательной в том, что ты начинаешь потихоньку открываться ему - даже твой гнев был по-своему милым. Ты же с тех пор пыталась избегать его, не понимая, почему твоё сердце так бесновалось при виде него. Временами тебе хотелось подойти к нему, схватить за шкирку этого вечно улыбающегося парня, который благодаря своим книгам понял проник в твою психологию, и спросить, что же с тобой происходит по его вине. Но гордость - прочный замок, поэтому ты оставалась на месте, предпочитая угрюмо фыркать на него.
Сблизил вас один случай: юноша заметил, что ты часто сталкиваешься с головными болями, чисто из любопытства узнал от твоего отца, что ты не питаешься какой-либо кровью. По его словам, ты не хочешь ранить свою человеческую мать, поэтому из уважения к ней никого не кусаешь и питаешься обычной едой. Однако недостаток крови сыграл с тобой злую шутку: ты часто слабела и, хватаясь за горло, ощущала помутнения в глазах. Как-то Луи проследил за тобой, когда ты в очередном приступе отделилась от Ноя и Доми, скрывшись в библиотеке де Садов, и, потирая саднящую шею, ждала спасение.
- Кто-то захотел крови? - деловито поинтересовался внук маркиза, облокотившись о дверной проём.
- Не твоё дело... - сдавленно выдавила ты, пытаясь отмахнуться от него, но уничтожающая изнутри жажда выдавала твои мучения.
- Не стоит так мучиться, - понимающе протянул Луи, присев возле тебя. - Ты можешь выпить моей крови.
На мгновение твои глаза посещает удивление, и твоя стойкость заметно рушится, когда ты замечаешь, что мальчик не шутит. Берёшь себя в руки и грубо бросаешь:
- Я не нуждаюсь в твоей помощи!
- Не будь дурой, - неожиданно серьёзно произнёс юноша, обхватив твоё лицо ладонями; ты стушевалась от подобной дерзости, а Луи, засмотревшись на тебя, вдруг лукаво улыбнулся, вспомнив о твоей слабости. - Неужели все полукровки такие глупые, раз готовы поставить свою жизнь под угрозу?
"Замолчи!", - ворчишь уязвлённо ты, почти выдахая в его губы, и под порывом прислоняешься к его шее, вонзая клыки. Луи сцепляет зубы, терпя боль, хотя со временем эта вечная спутница становится уже привычной и он находит в ней наслаждение; вы впервые сблизись, а его сердце предательски затрепетало. Ему почему-то польстила мысль, что отныне его кровь струится по твоим венам, а тебя данная мысль повергла в смутный восторг. Ты едва могла оторваться от неё, потому что кровь Луи была невероятна хороша. Он и не смел перечить тебе, будто был готов отдать всего себя на съедение, но ты сумела вовремя отстраниться от него. Красная и тяжело дышащая, ты отвернулась от него, стыдливо протирая трещины губ, в которых забилась влага. "Моя кровь хороша для полукровки, верно?", - ехидно спрашивает Луи, зная, что ответ будет положительным, поэтому ты напряжённо молчишь, ведь твои чувства всё равно сумели прочитать. Очнулась ты уже только тогда, когда почувствовала на запястье лёгкий укол.
- Кровь за кровь, - приторно шепчет брюнет, ласково слизывая с крохотных дырочек струйку крови, заставляя тебя сжать кулак.
- Я не разрешала! - чопорно отозвалась ты, свонравно поджав губы, однако где-то в глубине души ты готова была взлететь на небо от того, как аккуратно входили его клыки; сама ты с непривычки жмурила глаза и тихо млела, покрываясь красными пятнами.
- А это плата за то, что ты чуть не убила меня. Твой отец был бы в шоке, если бы узнал, что его сдержанная дочурка осушила внука Безликого, - со смешком сказал он, вынудив тебя покориться сквозь плотно сжатый от гнева рот. - Знаешь, моя сестра Вероника часто говорила, что у полукровок отвратительные вкус и запах. Но ты - исключение: ты пахнешь цветами, а кровь у тебя высшего сорта, - задумчиво сказала брюнет, прюхиваясь к твоей коже, пока ты не вырвала руку.
С того момента лёд в твоих глазах треснул, истекая талой тёплой водой в его ласковые тополино-тонкие пальцы. Стена рухнула, открывая настоящую тебя, и ты, вопреки отшлифованной выдержке, наивно шла на зов юноши. Он разрешал тебе пить свою кровь, однако зачастую предлагал её сам; ты стеснялась осведомить его о своём голоде, но красноречиво намекала своим взглядом, прикованным к жилке на его шее, на что он с напускной смиренностью говорил: "Ну, ничего с тобой не поделаешь" и угощал тебя своей кровью. Со временем ваши отлучения от друзей, чтобы наедине испить крови друг друга в библиотеке, стали некой традицией и... своеобразными свиданиями для тебя. Ты не показывала виду, что дрожишь от предвкушения, когда вы оставались в полумраке комнаты и медленно двигались к друг другу, но Луи чувствовал твоё волнение и радовался этому, пусть и не спешил отвечать взаимностью из желания закрепить твои чувства, в которых ты ещё сомневалась. Пожалуй, собственную детскую влюблённость осознал, когда ты впервые хихикнула при нём, стоило маркизу де Сад ворваться в вашу обитель в поиске потерянных проказников; Луи прикрыл твой рот ладонью и так вы, прижатые к друг другу замёрзшими голубями, не смели издавать звуков, пока вампир мелькал тенью перед вами. Ощутил резкий скачок в сердце, на который он улыбнулся, а ты убедилась в своей симпатии, когда осознала, что он даёт кровь только тебе, а не сестре или Ною, который упорно склонял его к этому.
Однако со временем он всё чаще начал глядеть вдаль, отстраняться от тебя, укрощая твой пыл холодностью, углубляться в чтении странных книг и уже без прежнего энтузиазма давал тебе свою кровь, не прося взамен твою. Порой тебе хотелось напомнить о плате, но ты понимала, что ему вовсе не до шуток. Луи замкнулся в себе, стал совсем далёким и недосягаемым, что ты просто боялась подойти к нему, ведь он даже больше не приглашал тебя в библиотеку - ваше общее место, предпочитая находиться там в одиночестве. Доми часто уводила тебя за руку поиграть с ними, чтобы оставить в покое отныне вечно задумчивого Луи, но однажды ты просто не выдержала; тряхнула его за плечи и потребовала от него ответы на свои вопросы. "Что с тобой случилось? Что я сделала не так? И что мне сделать, чтобы мы снова начали общаться как прежде?". Юноша криво улыбнулся, горестно ответив в мыслях: "Убей меня", но сам ответил с натянутой улыбкой: "Ничего, (Твоё имя). Лучше поиграй с Доми и Ноем, они наверняка огорчаются, что ты проводишь больше времени со мной, а не с ними". И так и оставил тебя одну в коридоре - опустошённую, убитую, погружённую в агонию.
Луи хотелось верить, что ты выносливая натура, которой хватит характера влачить на своих плечах тяжкий груз будущей потери и стать примером его сестре, которая поможет тебе выйти сухой из воды. Однако он слишком доверял своим ошибочным суждениям; ты узнала о его Проклятии чисто случайно, подслушав разговор маркиза и своего отца, и тогда внутри тебя что-то мучительно лопнуло. Ты бежала с мутящими взор слезами, догнав блуждающего, как потерянный призрак, Луи в комнате и обхватила его стан руками со спины. Юноша удивлённо пошатнулся, и ответом на немой вопрос послужило мрачное:
- Почему ты не сказал о Проклятии?
Луи округлил глаза; он не ожидал, что его тайна так быстро раскроется. Ему хотелось расплакаться. Как ребёнку, у которого отняли его чудесный песчаный замок. Как влюблённому подростку, впервые столкнувшемуся с отказом. Как взрослому, который ощутил бренность бытия. Но он лишь криво ухмльнулся и бесцвестно сказал сделавшимся формальдегидным голосом:
- Тебе уже сказали о нём? Ну и отлично. Всё равно я уже не могу это контролировать.
- Мне плевать! Я люблю тебя и с Проклятием. Оно не изменило тебя. Ты - это всё ещё ты. Ты всё тот же Луи, который дорог мне, Доминик и Ною, - безотчётно шептала ты, вынуждая его сердце жалостливо сжиматься.
- У тебя ужасный вкус, - оскалился темноволосый, пытаясь отвергнуть тебя, но сопротивления оказались бесполезны во взаимной любви.
Ты намертво впилась в него, как маленький неопытный дракон с городских окран, который трепетно берёг свои немудренные сокровища, закрывая их собственным телом и сильнее всего на свете страшась узнать, что их кто-то заберёт. Луи хотелось бы в последний раз прижаться в ответ, но расстояние являлось спасением. Он негрубо убрал твои руки и, повернувшись к тебе лицом, сказал с фальшивой улыбкой: "Можешь выпить напоследок моей крови. Я ведь знаю, что ты любишь её. Будет грустно, если она будет просто литься без дела". Тебя напугали его жестокие слова и тогда ты повиновалась единственному порыву в тот момент: со страстью прижала его к себе и поцеловала в губы. Луи ошеломлённо попятился назад, но ты крепко держала его в своих руках, глотая солёные слёзы. Свои и его. Он, поверженный ответными чувствами, тоже зарыдал от того, что это станет последним вашим соединением. А дальше всё стало как в тумане: на его пальцах отрасли длинные чёрные когти, глаза обрели угрожающий алый оттенок, а сам он почти утробно, но ещё осознанно прорычал: "Прости...". Неосуществлённый замах прервался постукиванием отрубленной головы по кафелю. Ты, заляпанная кляксами крови, так и упала на колени, обнимая остывший труп возлюбленного. Крик, покачнувший пространство, вынудил тебя потерять сознание. Ты помнила только о том, что твой отец нёс тебя на руках домой, а ты, плохо соображая, алчно слизывала с ладони кровь Луи, отчаянно представляя его себе рядом.
С тех самых пор ты больше никого не подпускала к себе из мужчин, оставаясь верной лишь Луи. Постоянно возведённый взгляд к небу, тяжёлые вздохи и Доминик, утешающе кладящая подбородок на твоё плечо - это всё, что осталось тебе на память о любимом. И ты, прижимающая к сердцу невидимые осколки воспоминаний, улыбалась сквозь слёзы, стараясь жить ради него.

Доминик де Сад: ты была знакома с ней, как и с Луи, с самого детства. Юноша часто шутил по поводу того, что ты, как полукровка, поедаешь вампиров, поэтому девочка относилась к тебе настороженно и остерегалась, зачастую прячась за спиной брата-болтуна. На весь этот фарс ты раздражённо закатывала глаза и махала рукой на Луи, стараясь не обращать внимания на его глупые байки. Доминик же, вопреки страху, на подсознательном уровне тянулась к тебе, как к любопытной личности: втайне от Луи скрывалась за шкафами и креслами, когда ты, усаживаясь на диван в их поместье в ожидании её брата, спокойно перелистывала сухие страницы книги. Пыталась узреть в тебе потенциальную опасность, но, несмотря на воспоминания о кошмарных словах родственника, не могла смотреть на тебя, как на врага. Как-то, преодолев свою боязнь, робко подошла к твоей персоне, вздрогнула, когда ты обратила на её осторожные шаги внимание, и, неловко теребя пальцы и складки платья, приглушённо пропищала: "А ты п-правда не съешь меня?". Если первое время ты не была расположена к девочке из-за её стереотипного отношения к полукровкам, что ты принимала за грубость, то после столь невинного вопроса лёд в тебе неожиданно треснул, позволив водам благосклонности свободно расплыться и омыть твоё сердце-замок, к которому темноволосая нашла затерянный ключ своим трогательным и забавным вопросом, на который ты не могла злиться. Ты объяснила Доми, что не всё то правда, что вылетает с уст её брата, поэтому развеяла сомнения пугливой девочки, заручившись её благодатным мнением о тебе.
С тех пор она более решительно подсаживалась к тебе, расспрашивая о твоих предпочтениях в книгах и добавляя, что у вас с Луи схожие интересы. Вы чаще стали проводить время вместе и Доми отмечала, что ты на самом деле не такая уж и устрашающая личность и что твой холодный взгляд может очаровательно теплеть, стоит проявить к тебе доброту. Вопреки своему нежному возрасту, прекрасно понимала твоё состояние, когда внимала рассказам о полукровках, которых все презирали, и проявляла к тебе сострадание, которое окончательно растопило твою крепость. Вы обе видели в друг друге лучших подруг, с которой можно поделиться переживаниями и планами на будущее.
- (Твоё имя), когда ты выйдешь замуж за Луи, мы сможем стать настоящими сёстрами, потому что у нас будет одна фамилия, - востороженно прощебетала Доминик, однако через некоторое время она осеклась, углубившись в свои романтические миражы. - Ну... до той поры времени, п-пока я не стану н-невестой Ноя... - застенчиво прошептала девочка, сминая алеющие щёки, точно сдобный пирог.
- О чём ты, Доми? - ты ошалело захлопала ресницами на её слова о твоей свадьбе с ненавистным в тот момент мальчишкой, однако кожа всё равно предательски побагровела. - Я вообще не хочу замуж. Тем более за твоего брата! К тому же он ведь чистокровный вампир, я ему не пара... - ты не заметила, как заговорила поникшим голосом, но тут же поправилась, чтобы не обнажить свои чувства к нему: - Так что мы не созданы друг для друга. Лучше, когда я вырасту, я посвящу свою жизнь... работе! Да, именно ей.
- Ха-ха, ты говоришь прямо как Вероника, - хихикнула девочка, сменив веселье на серьёзность, по-прежнему мягко улыбаясь. - Но я точно знаю, что вы оба неравнодушны к друг другу. И знай, что я не против вашего союза. Я бы... очень хотела стать подругой невесты на вашей свадьбе.
Доминик будто видела тебя изнутри своим проницательным взглядом, от чего ты ощущала себя беззащитной, нагой; поначалу ты уныло молчала, страшась признаться ей, что это правда, но затем нашла в себе силы перевести тему словами: "А ты уверена, что Ной сможет понять твои намерения? По-моему, он в этом деле - полный дилетант".
После гибели Луи ты опустела: в душе ты испытала чувство, словно в тебя на ходу врезался бронепоезд и размазал твои мозги по несуществующим путям, и Доми, наблюдающая за этим, зеркально переживала твои эмоции. Ей впервые довелось увидеть, как твоя каменная маска надтреснула, точно хрупкий сучок, и ты обратилась в живой труп, чьи эмоции увядали с каждым днём забытыми цветами. Девочка переживала потрясение от того, как за несколько дней ты едва ли не обратилась в осунувшуюся старуху, пережившую каждую горесть судьбы. Ей тоже было невыразимо больно от потери брата, поэтому она решила перенять его черты характера, чтобы быть самой себе, тебе и Ною живым напоминанием о дорогом вам человеке. За несколько лет Доминик отшлифовала свой характер так, что ты спокойно видела в ней любимого Луи, а порой сказочная галлюцинация задерживалась, принуждая тебя неосознанно поддаваться непривычным чувствам и в сердцах прижиматься к девушке, которая убаюкивающе гладила тебя по волосам, приговаривая: "Не плачь, mon cheri, иначе мой брат расстроится из-за тебя". Говорила она всегда томно и одновременно умиротворённо, как Луи, что мгновенно остужало твои страдания и ты засыпала в её горячих объятиях, представляя себе возлюбленного. Доминик счастлива уже от одной мысли, что ты ей удаётся удачно имитировать брата, позволяя тебе на миг быть радостной. Несмотря на то, что ты старше, девушка чувствует себя гораздо взрослее, потому что ты переносила потерю тяжелее, вынуждая её преждевременно взять на себя ответственность за твою персону. Заботится о тебе, как о своём дитя, порой сильно надавливая опекой. Преследует тебя, как Ноя, желая удовлетворить все твои прихоти, о которых ты умалчиваешь. Видит тебя насквозь, подобно своему брату, поэтому улавливает любое твоё настроение, в особенности голод.
- Сегодня ты бледнее чем обычно, дорогая. Опять ничего не ела? - склонив голову набок, промолвила материнским тоном темноволосая.
- Не беспокойся так обо мне, Доми, я не голодна, - лениво отмахнулась ты, отворачивая голову, чтобы она не заметила твои поалевшие от лжи щёки; де Сад, игриво хохотнув, властно повернула твой лик обратно, обхватив пальцами твои скулы.
- Mon amigo, - кокетливо начала она, нежно глядя в твои затуманенные очи, в то время как ты потеряла ухающее сердце от этого внутривенного взгляда из-под пышных ресниц-опахал, - такой прекрасный цветок, как ты, не должен скоротечно вянуть только из-за своей упрямости. Ты всегда можешь обратиться ко мне, если проголодаешься. Только хорошо попроси меня.
- А без этого никак нельзя? - устало протянула ты, смиряясь с её настойчивостью, но не до конца принимая жажду девушки слушать твои мольбы. И всё же от этой странности хотелось выть влюблённо-тоскливым­ псом, пока ностальгия пульсировала в венах и мелькала перед глазами, вынуждая везде видеть облик Луи. На минуту тебе захотелось прижаться к ней и никогда не отпускать, что Доми и прочитала в твоих глазах; она широко улыбнулась, призывая тебя не стесняться поддаваться порывам, но ты поджала губы, выражая пропавший настрой.
- Прости, mon cheri, но ты слишком очаровательна, когда нуждаешься в помощи, - Доминик шаловливо повела плечами, не скрывая за притворной невинностью искреннюю жажду садистски полюбоваться твоей зависимостью от её крови.
Какое-то время колеблешься, изображая обиду на Доминик, а затем, понимая, что жажда всё сильнее царапает горло, сипло и пристыженно шепчешь: "Хочу...". Брюнетка смеётся, говоря, что ты так и не научилась хорошо просить, но всё же подставляет горло несдержанному укусу. Приглаживая твои пряди, одобряя вырвавшиеся наружу инстинкты, она лишь напоследок проговаривает: "Пей сколько хочешь, дорогая, но только не забывай о Ное - оставь ему хоть капельку".
С детства, скромно прячась за книжными стеллажами, с придыханием наблюдала за тем, как ты пьёшь кровь брата, как между вами тянется невидимая нить особой близости, поэтому, вдохновившись, взяла пример с ваших отношений, кусая Архивиста и позволяя ему взамен брать свою кровь. Также, зная твоё нежелание питаться человеческой, взяла пример с Луи, считая своей обязанностью подкармливать тебя собственной. Чувствует, как сближается и с тобой, поэтому данный процесс для неё как сласть на губах. Твою взамен не требует, говоря, что ты и без того худая, однако не может отказать себе в удовольствии напугать тебя лёгкими покусываниями плеча, стоит тебе повернуться к ней спиной. Окружающих ваши чересчур тесные отношения настораживают, ведь Доминик любит близкий контакт, а с её дорогой подругой он усилился: она то и дело приобнимает тебя за талию, шепчет что-то на ухо, от чего ты краснеешь, проводит языком вдоль шеи, дразня шутливым намерением укусить, часто уводит тебя танцевать и уверенно зовёт своей, когда за тобой пытаются ухаживать юноши. Со стороны можно подумать, что она защищает тебя из-за брата, но на самом деле Доминик и вправду ревнует тебя. Не видит среди сливок достойных претендентов, поэтому считает своим долгом назойливо отгородить тебя от ненужного внимания.

Вероника де Сад: некоторое время скрывалась, узнав, что в их поместье всё чаще будет гостить какая-то незнакомка. Вероника не особо любит бессмысленные встречи с чужаками, поэтому предпочитала уединяться в своей комнате. Но однажды ей пришлось выйти из своего укрытия, в то время как вы с Доминик болтали на диване; девочка покинула насиженное место, чтобы угостить тебя чаем, а ты послушно ждала её, не замечая, как позади движется незнакомая фигура, с презрительным видом обнюхивающая территорию. Уже потом ты услышала протяжное и брезгливое: "Фу! Здесь пахнет человеком. Почему в нашем доме витает такой мерзкий смрад?". Ты, не привыкнув получать оскорбления, обернулась, бросив на де Сад, которая с показным раздражением размахивала веером воздух вокруг себя, вызывающий взгляд. Вероника пошире приоткрыла глаза, обличая сдержанный интерес, художественно подняла светлые, как перо луня, брови, и высокомерно разглядела сверху вниз незнакомку, в отравщении морща аристократично прямой нос.
- Какое безобразие, - меланхолично протянула она, изучая черты твоего лица. - Это от тебя так странно пахнет: наполовину отвратительным человеком и вампиром? Ты явно не чистокровная.
- И что с того? - хмуро вопросила ты, обмениваясь с ней задиристыми взорами. - Тебе претит моё присутствие здесь?
- Это вполне естественно, потому что я не выношу, когда в моих покоях так гадко смердит - это оскорбляет моё чуткое обоняние, - высокомерно задрав подбородок, холодно сказала девушка, что до глубины души задело тебя - вечно презираемую за свою природу.
- С учётом того, что ты, несмотря на свою чистокровность, тоже не благоухаешь цветочным полем, тебе стоит самой на время покинуть поместье и проветриться, чтобы в твоём поместье перестало разить мусором, - не менее ледяным тоном бросила ты, желая в отместку обидеть вампиршу, что тебе и удалось: Вероника помрачнела от подобной дерзости и вместе с этим ощутила толику азарта.
- Ты посмела назвать меня "мусором", жалкий получеловек? - альбиноска угрожающе нависла над тобой, приставив веер к твоему горлу, словно нож. - Как у тебя вообще хватило смелости, ничтожество? Я ведь запросто могу разделаться с тобой.
- Даже если и так, я не позволю тебе унижать меня из-за того, что я родилась не такой, как все, - смело фыркнула ты ей в лицо, призывая девушку к действиям.
- Тогда ты поплатишься за свою дерзость! - Вероника приняла боевую стойку, добавив с напускным сожалением: - Правда, было бы лучше, если бы я прикончила тебя на глазах у своей милой сестрёнки, но буду довольствоваться тем, что есть.
Девушка уверенно очертила в воздухе ровную боковую линию веером, надеясь сделать идеальный надрез на твоей трахеи, но ты успела выгнуться дугой, избежав атаки. Её медовые глаза огорошенно сузились. Она не ожидала, что твоё субтильное тело способно продемонстрировать признаки впечатляющей акробатики. Её самоуверенная бравада сошла на нет, когда ты выбила из её рук оружие, высоко задрав ногу так, что носок задел веер, который ныне описывал причудливые перевороты и с шумом рухнул на пол. В хмуром выражении лица Вероники появилось легко читаемое опасение. Девушка едва успела отреагировать на твой резкий выпад, паралелльно отметив про себя, что для нечистокровной ты весьма быстрая. Или ты действовала так только под аффектом злости? В любом случае, де Сад впечатлило увиденное, поэтому, бросив с сытой ухмылкой: "Полукровки несомненно отвратительны, но ты, похоже, являешься неплохим исключением. Однако не надейся на моё полное снисхождение", она сделала несколько прыжков назад и стремительно скрылась из виду, наслаждаясь со стороны твоим недоумением.
Ты не сказала пришедшей Доминик о том, что произошло между тобой и её сестрой, боясь пошатнуть их отношения. Вероника же с той поры начала смотреть на тебя по-другому: без былой надменности, путь она и продолжала кривить лицо от твоего запаха. Несмотря {censored} слова, девушка всё же, к своему раздражению, сумела пропитаться к тебе толикой уважения; не каждый день её удивляют полукровки, способные противостоять чистым аристократам. Как бы она того ни хотела, но снисхождения от неё ты всё-таки добилась: она больше не может смотреть на тебя с ненавистью, видит в тебе почти равную, если бы не твоя испорченная кровь, поэтому изредка ловит себя на мысли, что хотела бы прибрать в свои руки столь ценный экспонат, вытащив тебя из силков сестры - всё самое лучшее должно доставаться Веронике. Своё желание наладить с тобой контакт упрямо не показывает, поэтому, поддерживая свой статус, при встрече бросает в твой адрес колко-ядовитые фразы, но более сдержанно, не нарываясь на очередной бой, пусть она была бы и рада ещё раз поглядеть на твои эмоции - в этом ей мешает семья, проявляющая к тебе лояльность.
Со временем неизбежно привыкнет к твоему частому присутствию в поместье, ведь ты дорогая подруга Доминик. Начнёт всё меньше придираться к твоей "вони", но не оставит без внимания твоё отношение к людям, невзирая на то, что ты сама являешься их частью. Вероника считает, что, несмотря на свою природу, раз ты удосужилась общения с их величественной семьёй, то должна хотя бы попытаться поддержать видимость своей незаинтересованност­и ими." Дорогуша, будь так любезна прекратить общение с грязными людьми - из-за этого твой человеческий запах усиливается, что наносит позорное клеймо нашей семье", - холодно произносит девушка, проходя мимо тебя, прикрывая веером пунцовое лицо, имеющее все задатки нетипичной заинтересованности тобой.
Вероника стыдится того, что ты ей симпатична, как личность, с которой бы она хотела коротать свободное время: ты не подпускаешь к себе мужчин, как и она, что льстит ей, умело держишь себя в обществе и обладаешь силой, которая может сравниться с её - всё это заставляет трепетать девушку, которая держит подле себя только достойных персон. Пожалуй, даже печалится от того, что не может подойти к тебе из-за своего статуса - если кто увидит знаменитую Веронику в обществе мерзких полукровок, она тут же потеряет авторитет среди вампиров. Втайне наслаждается временами, когда ты гостишь в доме де Сад, ведь тогда, пользуясь возможностью, когда Доми отлучается за пряностями для чая, можно сделать вид, что она просто проходит мимо и со скуки интересуется твоей необычной жизнью. Однако Веронику напрягает, что ты не торопишься ответить ей взаимностью на внимание; какая наглость! - она проявляет к тебе благосклонность, сравнимую лишь с ценностью сокровищ, а ты смеешь воротить нос из-за её двойственности, которую она проявляет среди сливок общества, не замечая тебя. Девушка не станет долго терпеть твою своенравность, поэтому, если ты не поспешишь смягчиться к ней, то навсегда обретёшь врага в её лице.

Ванитас: Леди, не желаете цветочек? Он очень подойдёт Вашим прелестным глазам, - пустился во флирт молодой человек, стоило в его поле зрения появиться ещё одной красавице, которой он временно увлёкся. Ты фыркнула, небрежно оттолкнув от своего лица украденную с вазы бордовую розу, демонстрируя нежелание вступать с ним в мимолётные заигрывания, на что Ванитас обвёл тебя сначала изумлённым взглядом, а затем - заинтригованным.
Парню ты показалась занятным экспонатом: полукровка с силой чистокровных, которая проявлялась во время злости, и неприступная стена, так напоминающая ему строгую Жанну. Часто сравнивал вас первое время, когда его чувства к Ведьме ещё не прогрессировали, метаясь между вами. В итоге, несмотря на тирады Ноя о верности одной женщине, успевал вам обеим уделять внимание. Даже загорелся странной мечтой получить ещё и метку обладания от твоей персоны, без промедлений начал со страстью предлагать тебе свою кровь, мол, ему интересно узнать, какого ощущать укусы полукровок, да и принадлежать сразу двум леди было бы любопытно. Ной, к слову, узнав от тебя об этой выходке, обиженно сообщил: "Я так расстроен, (Твоё имя)! Сначала он позволяет Жанне кусать себя, а теперь ещё и тебе предлагает свою наверняка вкусную, как Тартатен, кровь. Когда же я попробую её на вкус?". Один раз ты уже дала ему отказ, ссылаясь на принципы не пить человеческую кровь, но парня это только раззадорило.
- Ты правда ещё не пробовала человека? - томно спросит он, играя бровями, а затем весь засияет от счастья. - Тогда давай я буду первым! Позволь мне лишить твои чудесные клыки невинности!
Ты давала прямые отказы на его сумасшедшие просьбы, однажды мрачно сказав, что у тебя уже есть человек, которым ты хочешь обладать. Ванитас заметил печальный блеск в твоих глазах, говорящий о честности, и это озадачило его, одновременно пробудив ещё один интерес. С тех пор стал часто подлавливать тебя в укромных уголках, зажимая между собой и стеной; ты упирала руки в его грудь, пытаясь оттолкнуть, но Ванитас лишь теснее прижимался к твоему телу, вынуждая твои зубы агрессивно скрипеть.
- Пусти меня, наглец, - угрюмо прошипела ты.
- Конечно, слово леди - закон для меня, - синевласый приложил ладонь к сердцу, обозначая свои джентльменские манеры, однако, помедлив, он добавил, состроив жуткую гримасу, как у серийного маньяка-садиста: - Но у меня есть одно условие.
Ты с видом злобной фурии приготовилась услышать что угодно: от неприличных предложений до нелепых, но услышанное поразило тебя.
- Расскажи мне, что такое любовь, - на полном серьёзе попросил Ванитас, вынудив тебя поперхнуться, недоверчиво покоситься на него, а позже и облегчённо выдохнуть, где-то на задворках разума подмечая, что твоё желание растоптать его уменьшилось.
Ради своей же безопасности неохотно осведомляла его об этих делах, не приводя в пример собственные любовные неудачи. Однако, вопреки твоей скрытности, Ванитас читал твои эмоции, как открытую книгу. Наконец-то понял, что твоё сердце действительно закрыто для других, поэтому перестал докучать. Кроме того, Жанну он выделяет всё же больше: Ведьма умеет очаровательно смущаться, строя из себя возбуждающую беспомощность, а ты готова всегда воинственно отстаивать свою честь и смутить тебя представляется сложным делом - ты словно высечена из безэмоционального воска. Впрочем, даже если бы он сильно постарался, то рядом с тобой всегда ошивается Доминик, охраняющая цербером твои чувства. Ванитас любит получать соответствующие реакции на свои забавы, но, не найдя в тебе должное, довольно быстро потеряет интерес к твоей личности, поставив тебя в уровень просветлённого в любовных делах приятеля, к которому можно обратиться за советом.

Роланд Фортис: Ах, Боже! - это были первые слова охотника, насквозь пропитанные первобытным восторгом, стоило ему наткнуться на твою персону по приказу Оливьеро. - Неужели ты действительно полукровка? Внеземная красота такой девы могла бы сравниться только с безупречностью чистокровных вампиров!
Роланд, вопреки твоему настороженному настрою и позой готового ринуться в бой леопарда, продолжал обсыпать тебя, как щедрым дождём, сентиментальными комплиментами. Громкий удар сердца в твоей груди, и ты, обескураженная восхищением врага, на миг опускаешь шпагу, пытаясь приструнить бешено пляшущий чечётку в висках и запястьях пульс. "Ты это серьёзно, парень?", - пролетело в корне твоего мозга, который переживал пещерное ошеломление, оцепенившее конечности, налитые хрупким паралоном. "Или он так пытается отвлечь моё внимание? Да, полукровки слабее обычных вампиров, но я не собираюсь уступать ему, пусть даже не надеется", - вернув трезвость разуму, твёрдо сказала ты самой себе, вновь войдя в режим растущего берсерка. Твой противник тоже не отставал; его малахитовые глаза всё ещё поблёскивали, как крохотные льдинки на безжалостном солнце, но со временем зелень начали темнеть, словно увядая под натиском холодов, обличая серьёзную решимость атаковать до последнего вздоха.
- Что ж, тогда я просто обязан напоследок впечатлить тебя, красавица! - с энтузиазмом пропел блондин, достав огромный клинок за спиной.
Ты не успела прийти в себя, как тебя поразили мощной атакой; кончик холодного оружия прошиб где-то в области печени, вынудив тебя пасть на колени, спрятав глубокий порез за ладонью. Оппонент, несмотря на кажущиеся простоту и невинность, двигался быстро, как пучок молнии, и был беспощаден, как кобра перед финальным броском на наглеца, который посмел вторгнуться в её королевские покои. Сцепив нить зубов, ты, превозмогая жалящую боль, встала на ноги и отпрыгнула назад, совершив в воздухе сальто, позволив Роланду, легкомысленно залюбовавшемуся на твою грацию, создать свист в рассечённом ветре. "Какая ты гибкая! Просто поразительно!", - безотчётно лепетал он, попутно пытаясь подловить тебя клинком, пока ты ловко уворачивалась. С каждой секундой, уступая измотанности, ты подмечала, что молодой человек просто невероятен: продолжает так странно нахваливать тебя, вводя в немой ступор, и спокойно сражается, преисполненный через край энергией, чей запас, по всей видимости, никогда не истончался. Краски вокруг сгущались, подобно тому, как твою душу укрывала тяжесть смирения перед неизбежностью; какие бы чудеса акробатики ты ни проявляла, уклоняясь от серии ударов, но усталость наливала свинец в колени, которые подгибались при каждом шаге. Ловить морозный воздух, который стеснял грудь, не пуская в бункер необходимый кислород, стало невыносимо. Потерявшись на мгновение в своих ощущениях, ты пропустила следующее нападение, позволив клинку Роланда пройтись по твоей груди. Взвыв раненным зверем, ты повалилась на колени; повреждённое место жутко болело, распространяя всполохи жжения на всю грудную клетку. Чудилось, что ты обратилась в какой-то испорченный механизм, который было бесполезно восстанавливать. Фортис возвысился над тобой, смотря с неким сочувствием на твой лик, обезображенный страдальческой гримасой. Служба охотника поручала убивать без сожалений вампиров, поэтому он уверенно поднял над своей головой оружие, намереваясь обезглавить тебя.
- Доми... Ной... - шептала ты хриплым голосом имена дорогих людей, готовясь в последний раз сомкнуть глаза и больше никогда не проснуться, не увидеть их, как...
- Ты сказала "Ной"?! - возбуждённо спросил у тебя Роланд, бросив оружие, и, рухнув на колени возле твоего почти бездыханного тела, заключил твою ладонь в свои; ты ошашело, вопреки надвигающейся тьме, начала часто и неверяще моргать, видя сквозь ядовито-зелёные пятна размытый образ блондина и явственно ощущая жар, истезающий его кожу даже сквозь плотную ткань перчаток. - Ты знаешь этого вампира? Он ведь мой друг!
- Д... друг...? - ты мотала головой, ощущая себя так, будто туда засыпали цемент и тебе теперь пришлось мотылять ею болванчиком во все стороны, чтобы избавиться от её комков через уши, что с трудом просачивали в себя посторонние звуки.
- Друзья Ноя - и мои друзья тоже! - радостно сказал парень, забыв о том, что у тебя серьёзная рана; в порыве эмоций Фортис дёрнулся, вынудив зашевелиться и полумёртвую тебя, создав в твоём воображении представление о том, как у тебя завертелись все органы. - Ах, это просто Божий подарок! Я так не хотел убивать тебя! Мне кажется, своей красотой ты запала мне прямо в душу! - слёзно признался Фортис, вытирая из своей сентиментальности перламутровую влагу в уголках выразительных глаз, прикладывая ладони лодочкой к лихорадочно прыгающему сердцу. Он хотел было предложить и тебе прикоснуться к трепещущему месту, однако после исчезновения мутящей жидкости обеспокоенно заметил, как ты тяжело дышишь, глотая пузырящуюся в гортани кровь. - Я должен спасти тебя любой ценой!
Ни на минуту не растерявшись, Роланд расстегнул пуговицы на воротнике и отодвинул его в сторону, обнажив лебединую шею. Жилка трепетала рядом с трахеей, заставляя твои ноздри алчно расширяться, пробуя обонянием вкус будущего завтрака. Ты лениво, словно отгоняя с век тяжёлого зверя, распахнула глаза, моргнула несколько раз, а затем, когда изображение стало более чётким, уже без осложнений широко-широко открыла их, глядя на человека, который переполнялся решительностью, как на последнего безумца.
- Ч-что...? - только и сумела пробормотать твоя глубоко шокированная персона. Найдя в себе частичку силы, ты приподнялась на локтях, услышав вымученный скрип костей, и ещё раз внимательней вгляделась в просветлённый лик блондина, чувствуя себя так, будто ты попала в какой-то паралелльный мир, сводящий с ума своих приземлённых новичков-скептиков.­ - Ты... серьёзно? - каждое слово вылетало с трудом, словно ты прожёвывала толстую бумагу, неряшливо бросая влажные комки на рыхлый снег. - Ты правда... хочешь пожертвовать свою кровь в-вампиру? Ты же... охотник. Это просто сумасшествие.
- Верь мне, прекрасная мадемуазель, - вкрадчиво повторил от всего сердца Роланд, на чьих щеках выступил бледноватый румянец; ты, по-прежнему видя подвох в ситуации, сочла это проделками морозной погоды. - Я покорён тобой, поэтому так хочу помочь тебе. А ещё я должен порадовать своего дорогого друга Ноя, который огорчится, если Господь заберёт тебя раньше времени.
"Это какой-то... бред", - пронеслось у тебя в мыслях. Но, несмотря на головокружение от происходящего, ты всё же решила, что умирать тебе ещё рано, а значит, стоит воспользоваться возможностью. Однако внутренние барьеры, прежде не вкушавшие кровь живого человека, заставляли тебя колебаться. Ты с испугом размышляла о том, чем обернётся твой первый опыт, страшилась этой неизвестности, затягивающий в вязкий мрак. "Кто не рискует - тот не пьёт", - с этими словами, звучавшими эхом в черепном ларце, ты решилась на отчаянный шаг, когда жизнь начала скоротечно утекать, пробуждая в тебе чувство срочности и безрассудности. Ты приникла раскрытым ртом к шее молодого человека, уверенно вонзив в его нежную кожу, как у младенца, острые клыки. Фортис даже не пискнул; лишь беззвучно терпел недолговременную пытку, крепко зажимая веки и ощущая какое-то странное накатывающее вдохновение, пока ты наполнялась его влагой. Как бы там не было с твоими вкусовыми предпочтениями, но добровольно отданная кровь, подобно эликсиру, восполнила тебя новой силой, позволив ранам срастись. Опыт не потерпел крах, к твоей безграничной радости, и ты с трепетом вбирала в себя приятный ток по венам. Охотнику не пришлось мучиться с твоей жаждой, которую ты смогла спокойно обуздать, поэтому по окончанию операции он даже не ощутил истощение. Охотно глотая воздух, как заново родившаяся, ты всё с тем же изумлением смотрела на довольного парня, похожего на безумца. Однако, потирая рукой горло, ты понимала, что была обязана ему хотя бы простой благодарностью, пусть в макушке всё ещё и витали мысли о том, что всё это - дешёвый спектакль, а не искренняя помощь.
- Спасибо... за твою кровь, - приглушённо промолвила ты, уводя от него рассеянный взгляд; ты ощущала стыд за то, что осмелилась противостоять своим принципам, уподобившись диким вампирам-неандертал­ьцам, что спокойно иссушали людей, поэтому не смела смотреть своему спасителю в лицо.
Роланд ощутил, как внутренности перевернулись; он не мог до конца поверить в эти слова со вкусом рождественских пряностей. Но, довольно быстро смирившись с услышанным, малахиты глаз блондина засветились ещё ярче. Ты, на время глянувшая на парня, потупила взор, теряясь в причинах его воодушевлённого настроя, воспрянувшего из недр открытого для всех сердца. И ныне его главный орган вмещал в себя безгранично тёплое чувство.
- Я только что открыл новую истину! - затараторил молодой человек, как обезумевший. - Вампиры могут благодарить людей за отданную кровь! Это ещё раз доказало мне, что наши миры могут быть дружны! Но я не могу подружиться с тобой, - вдруг задумчиво протянул зеленоглазый, вновь взяв твою дрогнувшую руку в свою, крепко сжимая её под твой ошарашенный взгляд. - Потому что я влюблён в тебя!
- Ч-ч-чт-то?! - ты вытаращила глаза, как у совы, и ощутила, как в горле очутился комок, от которого ты закашлялась, закрыв глаза, которые резко защипало. Оставшись на время слепой, ты рефлекторно выставила перед собой раскрытую ладонь, как защиту, и отползла назад, низко опустив неопрятно растрёпанную макушку. - Что ты несёшь? Я всего лишь укусила тебя и вроде как не впрыскивала наркотики, чтобы у тебя помутнел рассудок. Впрочем, не мне об этом говорить - я не знаю, что творится у вампиров, когда они впервые кусают человека...
- Так значит, я у тебя первый?! - воодушевлённо уточнил Фортис, чьё лицо озарилось искренним счастьем.
Двусмысленная фраза с его уст смутила тебя, поэтому, возмущённо насупив брови до появления складки над переносицей, которую Роланд посчитал безмерно очаровательной, ты пренебрежительно бросила:
- Это ничего не значит! Я всего лишь выпила твоей крови по абоюдному согласию, не более. Что ты там себе понапридумывал?
- Всего лишь то, что мы предназначены друг другу судьбой, как Ромео и Джульетта, ведь у нас тоже запретная любовь, - свободно признался молодой человек, заставив тебя опустить челюсть чуть ли не до столкновения с землёй. - Ах, я так взволнован! Я и раньше чувствовал трепет в груди от осознания того, что вампиры могут дружить с людьми, но сейчас там происходит нечто особенное.
Ты верила, что после гибели Луи изжила риск опустошения, свела его к минимому в своей почти стерильной реальности, но та коварно доказывала обратное, приведя в твою жизнь этого безумца, которого ты не могла даже оттолкнуть в силу своего долга перед ним. Оставалось лишь глупо хлопать глазами и ждать от него других действий, которые заставляли тебя потихоньку сходить с ума. Ты с изумлением заметила, как на его шее начала появляться странная отметина - иссиня-чёрный мотылёк. Рисунок достиг ключицы, поэтому Роланд сначала задумчиво рассмотрел след, а затем засветился пуще прежнего.
- Это же та самая метка обладания вампира! Я слышал о ней! Полукровки тоже умеют оставлять их? - фанатично спросил он, на что ты выпучила глаза, демонстрируя неосведомлённость в таких делах. - Прекрасно! Это значит, что я теперь принадлежу только тебе! Наши отношения так быстро развиваются, что мне становится трудно дышать от восторга!
- Это ничего не значащая метка, - растерянно простонала ты, ощущая безысходность от его сентиментальности. - Ты сам подписался на это, поэтому я тут не причём.
Но молодой человек будто не слышал тебя, витая в своих фантазиях. Ты, косо поглядывая на место отступления, начала медленно ползти к выходу, как тебя схватили за запястье, придвинув твою ладонь к чужой щеке; кожа Фортиса была настолько горячей, что ты едва ли не обожглась. Почему-то от этого ощущения твоё сердце забилось с утроенной скоростью.
- Могу ли я узнать имя своей возлюбленной? - благоговейно прошептал он, едва ли не коснувшись губами твоей кожи, но ты быстро вытянула свою конечность из хватки, сконфуженно потерев её.
- Я не твоя возлюбленная, - холодно отчеканила ты, сохраняя неприступность. - И не назову своё имя, потому что я с тобой только на один день. Дальше нам обоим предстоит забыть эту встречу.
- Почему же ты так жестока, прекрасная полукровка? - сетовал Роналд, едва не роняя слёзы. Однако, воздержавшись, он всё же залился улыбкой с привкусом светлой печали. - В любом случае, даже если ты на один день со мной, то он стал самым лучшим для меня.
Ты поперхнулась остатками запланированной реплики, поражённая его нежностью. К счастью, ваше уединение нарушил напарник Роланда, позволив тебе ускользнуть после того, как блондин обернулся к товарищу. Не найдя тебя, он всё же смахнул с пушистых ресниц прозрачные капли слёз, по-прежнему улыбаясь от всей души. На упреки брюнета о том, что он слишком долго шатался здесь, Фортис воодушевлённо сказал: "Оливье, я влюбился в вампира-полукровку!­", преподняся это как нечто будничное. Оливьеро, чья челюсть отвисла до пола, хлопнул себя по лбу, возмущённо бурча себе под нос: "Сначала подружился с кровососом, а теперь ещё и влюбился в дампира. Ты идиот, Фортис! А если об этом кто-то узнает?!".
Но, вопреки опасности, Роланд целыми днями грезит о тебе и хвастается перед Оливьеро твоей меткой, на что брюнет грубо встряхивает мечтателя за плечи и закрывает её воротником. В особенности опека охотника усиливается, когда на горизонте Астольфо, который только и ждёт момента, чтобы обвинить во всех грехах вечного соперника. Но зеленоглазый уверен, что ты его женщина - его неоспоримая половинка, каким бы наивным не оказался его скоропалительный вывод. Ты же в это время испытывала странные смятения и замкнулась в себе, углубившись в анализ собственных чувств. Часто сзади к тебе бесшумно подходила Доминик и, понимая по твоим рассказам причину твоих страданий, как-то без обычной игривости шепнула на ушко: "Если хочешь, я убью этого человека, чтобы он больше не расстраивал тебя". Сама мысль о расставании с Роландом, с одной стороны, приносила облегчение, а с другой... Ты просто не могла представить, что с тобой случится после этого, хотя, казалось бы, всего лишь одна безобидная встреча, которая должна была оставить в твоём сердце только неприятный осадок. А в итоге она оставила там нечто большее, что ты не желала признавать. Странный охотник, не похожий на других, покорил тебя. И эта мысль окончательно поселилась, когда тебя однажды пригвоздил к месту его напарник.
Через несколько месяцев вы с Ноем и Ванитасом отправились на ночную вылазку в катакомбы, где повстречали на пути несколько охотников, в том числе и Оливьеро, который без промедлений напал на самого слабого - тебя. Не зная о том, что ты та самая полукровка, он собирался уже было вонзить в твоё сердце оружие, как вовремя подоспел Роланд, отбивший атаку своим Дюрандалем. "Какого чёрта, Фортис?!", - взревел рассерженно брюнет, на что блондин, глядя на обескураженную тебя боковым зрением, сказал с улыбкой: "Я не могу позволить кому-то ранить свою возлюбленную. Я не хочу сражаться против неё". Оливьеро закатил глаза, с ужасом понимая, что ты та самая, а твоя персона лишь ошеломлённо хватал воздух и ощущала странные движения в груди, пока Роланд отстаивал твою жизнь собственным телом. Вы не успели поговорить, потому что охотников ждала другая миссия, но Фортис на прощание сердечно сказал: "Сегодня у тебя особенно красивые глаза!", на что ты густо стушевалась. Ной, к твоему счастью, ничего не понял, а вот Ванитас, заметивший в тебе изменения, успел хитро шепнуть тебе на ухо: "Я никому не расскажу о твоих чувствах, если ты как можно лучше распишешь мои к Жанне".

­­ ­­
Пройти тест: http://beon.ru/test­s/1122-552.html
среда, 5 сентября 2018 г.
НЯМ-НЯМ
Играй прямо в браузере! tolxy.com
Тест: Её дар two Б Е С П Л О Т Н О С Т Ь music: hanz zimmer - time Для... ТвОЯ бЕсТиЯ 09:55:17
­Тест: Её дар [Multifandom]
two


­­­­

­­

Б Е С П Л О Т Н О С Т Ь
music: hanz zimmer - time



­­


Для [и] [ф] всё началось тут, в лечебнице Маунт-Мэссив. Её мама и папа не хотели известности, считая дар дочери демоническим проклятьем. Им было выгодно отдать её сюда, в глушь, которая сама заплатит им денег за такой экземпляр. И воспоминания девочки подростка, о беззаботном детстве, переросли в воспоминания о сером здании психбольницы: о стенах, о криках, о врачах и прочем персонале. [И] держали взаперти, не давая общаться с другими пациентами, первое время она пыталась бежать, пока умные доктора не шали материал, который девочке было не преодолеть. Так и проходили её будни - пробуждение, процедуры, сон, между которыми она могла лишь смотреть на других больных. Для неё всё было из специального материала, даже одежда, сдерживающая особенности дара. Однако, после нескольких попыток сбежать и жестких наказаний после, она уже не так смело обращалась в призрака, поддавшись животному страху. Одна из медсестер была для неё отдушиной. Милая и приветливая девушка, временно переведенная работать в Маунт-Мэссив, она всегда помогала [и], и чаще выводила её на прогулку, заплетая её волосы в французские косы, и вплетая в них маленькие невзрачные цветочки, растущие на скудном, практически стоптанном газоне.

Крик сирены, громогласный и устрашающий кричал около полутора часа, прежде чем раздраженные пациенты вырубили его.
Напуганная донельзя [и] лишь спустя пару часов отваживается выбраться из убежища, осторожно вытаскивая из-под подушки ключ от собственной камеры, так любезно предоставленный той самой медсестрой. Её тело обнаружилось почти сразу же, стоило [ф] отпереть тяжелую металлическую дверь. Изувеченное тело девушки лежало перед ней, с переломанными конечностями и разодранным до мяса лицом. Рвотный позыв заглушается истерикой. Девушка почти проваливается в небытие, но чужие руки, измазанные в крови, разворачивают её к себе. Обезображенное лицо пациента совсем рядом, а сам он немедленно рвет светлую одежду [и]. Девушка не рада оставаться в неглиже перед незнакомцем, но теперь он едва мог коснуться её, не пройдя насквозь. Покрутившись перед зеркалом, [и] срочно требовалось хотя какая-нибудь одежда, и она нашла её в кабинете, табличка которого гласила "прачечная". Какие-то мешковатые шорты идеального белого цвета немного сваливались с неё даже будучи максимально затянуты веревочками. С верхней одеждой все оказалось намного скуднее, и в тот момент [и] впервые обрадовалась своим длинным волосам. Расплетая косички, девушка прикрывала грудь густыми прядями, что выглядело не очень эстетично, как ей казалось, и совсем пошло, но выхода не было.

­­


Майлз Апшер: Вы пересекались с ним, но лишь единожды, когда Майлз в очередной раз убегал от Уокера. Вы любезно подсказали ему дорогу, а он в свою очередь обещал найти причину того, почему вы не можете выбраться из состояния "Бесплотности" и покинуть Маунт-Мэссив. К сожалению у него совсем это не получилось, ведь тогда он был слишком близок к спасению, и рисковать он не мог. К сожалению для него, так или иначе, всё оказалось кончено, но после вы встретитесь еще раз, и теперь уже станете спутниками надолго.

Вейлон Парк: О таком экспонате, как вы, Вейлон слышал несколько раз, но не особо верил в существование у вас дара, но точно знал, что как человек [и] [ф] существует. При нем вас фотографировали на досье, и он же заносил данные ваших анализов в документ. Позже вы встретились на территории Френка Манеры, с которым ты помогла мужчине справится. Знаешь о том, что дома его ждет любящая семья, поэтому всеми силами старалась помогать. Однако, когда твое присутствие стало быть опасным для Вейлона - предпочла уйти, мысленно не оставляя его. О вас имеет приятное представление, увидев дар воочию уже был не так удивлен, особенно после встречи с Волрайдером. Хотел бы вам помочь, но понимает, что в том мире ничего дать не может, а уж тем более сделать вас вновь равноправным гражданином.
- Меня никто там не ждет, Вейлон, - на прощание говоришь ты, тепло улыбаясь, - Но тебе есть куда возвращаться, поэтому борись до последнего.

Ричард Трагер: Твое существование от него тщательно скрывалось, но в конечном итоге он всё равно узнал, ведь его пациенты становятся так болтливы, когда испытывают боль. Ты же о нем вообще ничего не знала до момента встречи, когда вокруг разруха и паника. Оказался полностью очарован юной душой и телом, из-за чего отвязаться от Трагера оказалось тяжелее, чем хотелось бы. Всё дошло до точки кипения, когда он, прочитав твое досье, заковал хрупкие руки в наручники из нужного материала, с которой ты и через стены не могла проходить.
- Вот пташка и в моей клетке, - с напевом бубнит он, затачивая секатор, - Как же тебе повезло [и], тут тебя нииииикто не тронет.
Его слова и действия совсем расходятся с тем, что он делает, в какой-то момент становиться так больно, что тебе хочется уже поскорее умереть. Тогда вмешивается Волридер, почувствовавший схожие с собственной аурой волны. И как бы страшно и больно не было, идешь за призраком, лишь бы подальше от проклятого доктора.

Крис Уокер: Отчасти в его гибели была виновата ты. Волридер не столько защищал Апшера, сколько мстил за причиненный вред тебе, так или иначе, Уокер поплатился, но дух не считает нужным говорить тебе об этом.

Френк Манера: Хотел бы попробовать, как он сам выразился, "волшебного мяса". Но на твое счастье подоспевший вовремя Вейлон помог тебе расправится с Манерой.

Эдди Глускин: Боишься его, даже ненавидишь из-за того, насколько он жесток. Ты пыталась помочь Вейлону сбежать, отвлекая внимание маньяка на себя, но когда силы иссякли и бесплотность перестала работать тебе стало не до шуток. Если бы не Волрайдер, то Глускин, скорее всего убил бы тебя, перед этим изнасиловав. К сожалению, его безумный взгляд до сих пор преследует тебя во снах, как бы ты не пыталась пережить случившееся.

Волрайдер: Он был причиной тому, что ты не могла покинуть стены Маунт-Мэссив, существо не хотел отпускать тебя, чувствуя между вами какую-то связь, и от части это было из-за того, что ты была точно такой же - бесплотным духом, хоть и частично. Он не собирался тебя отпускать, просто потому, что хотел видеть рядом кого-то похожего, и хоть он оставался безмолвным, по его действиям всё было и так понятно. Ты сильно боялась его, а Волрайдер одной силой мысли не давал тебе далеко отойти от него. Это казалось тебе концом своего "долго и счастливо", пока ты не осознала, что не являешься жертвой, лишь отдушина для одинокого существа. Сдвиг в вашем взаимоотношении начался после того, как вы сбежали и обосновались где-то в глуши, когда твое сердце вдруг оттаяло для него.
Ты просыпалась, и он был рядом, наблюдая, ты отправлялась с ним в город, почти как на вылазку, и он никогда не выпускал тебя из поля зрения, даже когда вас снова поймали, он не перестает оберегать тебя. Существо испытывает теплое чувство, которое заставляет его бороться.. И он будет.

Все мои тесты находятся здесь: http://waatu.beon.r­u/tag/%cc%ee%e8%20%f­2%e5%f1%f2%fb/
Отзывы можно оставлять тут:http://waatu.be­on.ru/0-23-tema-dlja­-otzyvov-i-predlozhe­nii.zhtml#e108

­­­­
Пройти тест: http://beon.ru/test­s/1122-525.html
воскресенье, 26 августа 2018 г.
Тест: Letters~ [Touken Ranbu... ТвОЯ бЕсТиЯ 16:55:27
­Тест: Letters~ [Touken Ranbu]
Оокурикара


Steve Conte – Stray


­­

От белых циновок тянет прохладой, и с крыши летней беседки лиловыми гроздями ниспадает махровая глициния, отрезая тебя от внешнего, иного мира, наполненного солнцем, детским смехом и переливчатым звоном ветряных колокольчиков, свисающих с карнизов стеклянными бутонами.

«У меня и в намерениях не было писать Вам никакой доклад. Это хлопотно, но таков приказ – периодически отчитываться Хозяину. Раздражает.
Меня привезли в Сендай для тренировок. Нельзя ли стать сильнее в одиночку?»

Разве ты надеялась прочесть что-то другое? В конце концов, ваши отношения не заладились с самого начала.

То был один из душных июльских вечеров, когда несмолкаемо трещат цикады, раскачиваясь на ветках граната, и наперебой поют у пруда лягушки. Цитадель медленно погружалась в сон.
Не зажигая фонаря, Оокурикара одиноко сидел на краю энгава и напряжённо всматривался в сумрак надвигающейся ночи, будто ждал чего-то – а пришла ты. И села рядом с Оокурикарой, прикрыв глаза.
– Скоро совсем стемнеет.
Оокурикара молчал.
От тебя не утаивается, что он как-то подозрительно жмётся; ты косишь глаза и с ужасом наблюдаешь, как забинтованный бок Оокурикары медленно пропитывается шарлаховым цветом.
– У тебя открылась рана! Позволь мне её перевяз...
– Я подчиняюсь вам, но я не разрешал прикасаться к себе. – Оокурикара грубо отпихнул от себя твою руку. – Если вам ничего не нужно, тогда, пожалуйста, оставьте меня одного.
Поблизости с громким плеском прыгает в пруд лягушка. Тяжело дыша, Оокурикара поднимается с места и сразу припадает на одну ногу.
– Стой, ты делаешь себе только хуже! – Ты вскочила и вновь протянула к нему руки. – Если кровь вовремя не остановить, ты можешь погибнуть!
– Я сам решаю, где встречу свою смерть. – В голосе Оокурикары читалось неприкрытое раздражение. – Мне не нужны ваши приказы.
Полоснув по тебе враждебным взглядом, Оокурикара поплёлся прочь, развернувшись на середине пути и выплюнув:
– Вы ведёте свою войну. Я – свою.
Как ни старайся, а волк никогда не усмирит свой дикий норов.


Ты наперёд знаешь содержание письма, даже не вскрывая конверт, но вот ты – по иронии, в белых одеждах, – а вот последняя весточка Оокурикары – твой нож для сэппуку, которое ты совершишь добровольно. Жизнь научила тебя смотреть в глаза судьбе не выказывая страха. В конце концов, все твои попытки к сближению заканчивались плачевно – а все ли?

С работы в полях вернулись аккурат к полудню.
Оокурикара отдыхал, развалившись на веранде, посильнее нахлобучив на лоб соломенную шляпу, и старательно делал вид, будто совсем не замечает очертаний твоей фигуры, склонившейся над ним.
– Я приготовила на всех данго. – Над ухом раздаётся деревянный стук подноса.
Разоблачённый, Оокурикара распахивает глаза – перед их живым блеском тускнеют янтарь и цитрин – и смотрит на тебя выжидающе, напряжённо.
– Я вам не ребёнок, чтобы угощать меня сладостями.
Ты лишь неопределённо пожимаешь плечами и задумчиво смотришь, как сходят с ума пёстрые ветряные вертушки, воткнутые в клумбы.
– Что за взгляд? Я съем это, раз уж мне это дали.
Ты спряталась за первым же поворотом, жадно впившись глазами в Оокурикару: какое-то время он лежал неподвижно, потом взял верхнюю шпажку, осмотрел лакомство со всех сторон, принюхался – ну точно приручённый зверь – и осторожно надкусил верхний шарик. Тщательно прожевал его, проглотил и перешёл ко второму, к третьему.
А после – потянулся за новой порцией.


«...стать сильнее в одиночку было невозможно с самого начала. Если так, то не время искать дружбы с хорошо знакомыми мне людьми здесь, в прошлом.
Чтобы стать сильнее, чем я уже есть, мне нужны Вы, моя нынешняя Хозяйка».

Пройти тест: http://beon.ru/test­s/1122-427.html
воскресенье, 19 августа 2018 г.
Тест: The last word.[Final Fantasy] Люблю - Живо вставай! - дверь в... ТвОЯ бЕсТиЯ 05:26:56
­Тест: The last word.[Final Fantasy]
Люблю


­­
- Живо вставай! - дверь в твою комнату с грохотом открылась, едва не разлетевшись на множество щепок, и в комнату вбежал весьма запыхавшийся Джек, принявшийся попутно тебя тормошить - Ну, давай же! Румбруму грозит конец!
- А?! Что?!
Еще словно находясь во сне, ты принялась рассматривать комнату в поиске врага, но кроме встревоженного парня так никого и не увидела. За окном тоже было тихо, а это значило только одно - кто-то сейчас точно умрет.
- Клянусь, если это опять твои дурацкие шутки, то я... - одиннадцатый положил указательный палец на твои губы, призывая к молчанию и наклонившись чуть ближе томно прошептал.
- Какие могут быть шутки, когда рождаемость ниже смертности? Мы просто обязаны это сделать ради нашей страны. Разве ты не понимаешь, какая важная миссия возложена на наши плечи?
Его рука переместилась на твой затылок, слегка надавливая и принуждая придвинуться чуть ближе, однако парень не успел украсть твоего поцелуя, вместо него получив неслабый удар ногой в живот.
- Джек! - прошипела ты сквозь стиснутые зубы, готовясь в любой момент сорваться вслед за ним - Сегодня я тебя точно прибью, !
- , {censored}если ты это сделаешь в таком сексуальном виде, то я не против, - его взгляд пошло пришелся по незакрытым участкам оголенных бедер и ключиц, уже начав где-то в мыслях придумывать разнообразные картины с твоим участием, судя по тому, как он стал закусывать губы.
Вспыхнув буквально в одно мгновенье, ты попыталась закрыться одеялом, попутно отползая к стенке. Под руку, как кстати, попалась подушка, которая была тут же запущена в наглое ухмыляющееся лицо.
- Пошел вон, извращенец! - даже не став ловить брошенный предмет, он поднял капиталистически руки, выходя из комнаты и закрывая за собой дверь - Как ты вообще только зашел?
Во входном проеме тут же показалась светлая шевелюра, а у тебя, кажется, в тот момент начался нервный тик.
- Я просто твой замок вскрыл.
- Свалил! - и в его сторону вновь полетела другая подушка, захлопывая дверь, с такой силой, что еще пару минут с той стороны были слышны болезненные завывания - Вот же!..
Решив на этот раз перестраховаться, ты подперла ручку деревянным стулом, в надежде на то, что такая конструкция выдержит напора этого извращенца, если он вообще придет. Хотя кого мы обманываем... Конечно, он припрется!
Со стоном великомученика твои руки моляще поднялись к потолку, словно кто-то мог услышать просьбу одной не выспавшийся девушки. Но сильно сомневаясь, что высшие силы, и даже сам кристалл, тебе смогут помочь, с тяжелом вздохом ты пошло переодевается в кадетскую форму. На улице в это время только стало светать и по несложным умозаключениям, можно было понять, что на сейчас явно меньше шести утра. Один час сна наряд ли существенно помог бы выспаться, поэтому самым лучший план, который тебе взбрел в голову, состоял в том, чтобы выполнить поскорее все задания и проспать оставшийся день. И эта задумка вместе с приятными фантазиями о будущем отдыхе привили твое настроение под отметку чуть выше среднего, когда ты покинула комнату. Однако ненадолго.
- О, уже выспалась? - Джек неожиданно появился рядом с тобой, едва не заставив выстроились в него от страх. Твой взгляд разреженно смерил парня, говоря этим, что особого настроения терпеть его выходки - у тебя нет. Но тот как будто этого, не заметив, поднял до уровня твоего удивленного лица букет белых астр - Это в качестве извинений.
- А, это не те цветы, что растут возле Академии? - ты подозрительно осмотрела подаренный презент, периодически поглядывая на улыбающегося парня.
- Конечно, нет, - он вдруг отвел взгляд в сторону, стараясь поскорее вложить букет в твои руки - Ну, так что я прощен?
- Я подумаю.
Твои губы слегка по-детски надулись, вызвав у Джека грудной смех. Он подошел поближе на несколько шагов, положив одну руку на твою талию, а другой заправил прядь выбившихся волос, проведя большим пальцем по покрасневшей скуле.
- Будешь моей девушкой?
Ты впихнула цветы прямо в его лицо, стараясь поскорее отсюда уйти.
- Умеешь же ты так момент испортить, - парень на секунду оторопел не понимая, что такого он сказал, но затем со своей скорость рванул за тобой.
- Погоди, что не так? Я же вроде все правильно сделал. Или надо было сначала в любви признаться? Погоди, ты мне так и не ответила! Ну, куда ты бежишь [Т.И]?!

Пройти тест: http://beon.ru/test­s/1122-365.html
четверг, 16 августа 2018 г.
Тест: Давно не дети [сборник] Гензель и Гретель - Старшая сестра... ТвОЯ бЕсТиЯ 23:25:38
­Тест: Давно не дети [сборник]
Гензель и Гретель


- Старшая сестра, потри мне спинку!
Донёсшийся из ванны тонкий, детский голос заставил лопнуть тишину, как мыльный пузырь, в спальне, где ты сейчас расправляла кровать для Гензеля. Услышав его просьбу, ты застыла; он снова ищет повод, чтобы остаться с тобой наедине. Они с сестрой не знают, что такое личное пространство, и постоянно ищут тактильный контакт, к которому их приучили почти с самого рождения, как они попали к мерзавцам, что заставили сниматься их в порнографических фильмах. С тех самых пор Гензель и Гретель не видели разницы между правильным и неправильным; впрочем, они даже не задумывались о морали - никто не учил их этому. Они делали всё, что вздумается их испорченным душам, погрязших в похоти, разврате и убийствах. Последнее просто являлось криком души. Они говорили с равнодушием, что убивают по личной прихоти, но ты, прослушивая раз за разом их рассказ о прошлой жизни, увенченной унижениями, понимала, что ими движет мелочное желание отомстить. Гензель делит мир на добро и зло, считает жизнь шахматами, где они с сетрой - белые равноправленные король и королева, а все остальные - чёрные, жалкие пешки, чьё существование ошибочно, поэтому он, как вестник смерти, должен заковать этих чистокровных дураков в гроб.
Рок считал, что искалеченные души детей ещё можно залатать, и ты, одержимая состраданием к ним, поддерживала его идею, вопреки гнусавым упрёкам Реви. Когд Гензель с какой-то светлой печалью сказал, что ты отличаешься от других людей, в тебе поселилась нерушимая надежда, что ты сможешь развеять их темноту собственным светом. Всё будет не сразу: подобно свече, которая освечивает лишь часть закаулков, ты будешь набирать обороты и превращаться в полноценное пламя с позволения их доверия, и поможешь найти им в бездонном мраке праведный путь.
Неспешно заходишь в ванную комнату, тихо, но достаточно для обозначения своего присутствия отворяешь чуть скрипучую дверь, заметив, что к брату, который играл с пушистыми пузырьками, присоединилась и сестра. Гретель спокойно тёрла пальцами своё хрупкое, но весьмо сформированное тело, соблазнительно проводя влажными ладонями по поблёскивающим в тусклом свете ламп маленьким грудям. Они совершенно не стеснялись друг друг: видеть сестру обнажённой, обнимать её, целовать - это истина для Гензеля, потому что они неделимы, они одно целое и в том, что им недостаточно обычных разговоров, было естественно, как испытывать чувство голода или любить родных.
- Мы ждали тебя, старшая сестра, - сладкоголосо проговаривает Гензель, прижимаясь грудью к бортику ванны, и заманивает тебя лихорадочным блеском в зрачках; он жаждет твоего внимания и, ты не сомневалась, он бы с радостью вцепился своими цепкими, тонкими пальцами в твоё запястье и затянул в ванну, не смущаясь стеснённого пространства. Гензель и Гретель не знали неудобств, потому что они всегда спят вместе и теснота для них - это способ расслабиться после тяжёлого рабочего дня.
Девочка, растягиваясь в зовующей улыбке в такт с братом, тоже безмолвно приглашает тебя поскорее оказаться непозволительно близко к ним. Они не любят находиться на расстояние от человека, они не привыкли к такому. Ты послушно делаешь несколько шагов в их сторону, присаживаешь на колени возле Гензеля, выжидающе поглядывающего на тебя из-под полуприкрытых век, берёшь губку, напоминающую по цвету ржавчину, и подносишь её к спине мальчика. Даже не видя его лица, чувствуешь, что он удовлетворённо улыбается, когда ты ласково и осторожно обводишь контуры его позвоночника, скользя до крестца. Делаешь несколько круговых движений, распространяя пену на грязных участках кожи - они вернулись с сестрой после миссии, в очередной раз разукрасив холст своей жизни алыми красками трупов, и ты убеждаешься в этом, когда замечаешь в углу прохладной комнаты перепачканный кровью топор. Не успеваешь ты отстраниться, объявляя об окончании своей миссии, как Гензель быстро разворачивается и хватает тебя за ладонь, любовно переплетая свои пальцы с твоими, стискивая их так крепко, что у тебя бы не хватило сил одёрнуть руку.
- Старшая сестра, присоединяйся к нам, - влюблённо проговаривает мальчик, туже стискивая твою конечность, и тянет её вниз, окуная в мутную воду, где кое-где уже виднелись просветы. - Мы тоже поможем помыться тебе.
- Нет, это неправильно, - отнекиваешься ты, забирая свою руку обратно, при этом ощущая, как тебя преследует ужасное чувство вины без вины. Потому что Гензель и Гретель, искушённые в пороках, не видят ничего страшного в том, если ты потеснишь их, сидешь между ними и позволишь их рукам изучающе скользить по твоему телу. А твой отказ звучал как какой-то смертельный приговор. - Я уже закончила.
Собираешься удалиться с бешеным стуком пульса и сердца, как юноша снова сковывает твоё запястье в плен, вынуждая остолбенеть и обернуться.
- Старшая сестра, я хочу, чтобы ты прикоснулась и ко мне, - ласково просит Гретель, маня тебя указательным пальцем, на что тебе приходится обречённо вздохнуть и с разрешения Гензеля приблизиться к девочке; ты не могла отказать им, несмотря на их странные просьбы, ведь они нуждались в том, чтобы кто-то доказал им, что есть ещё добрые люди, способные подсобить им или подарить необходимую, материнскую нежность.
Гретель, лукаво ухмыляясь, раскрепощённо выпячивает вперёд хорошо виднеющуюся грудь. Сглатываешь ком, но всё же подчиняешься; ты ведь всего лишь потрёшь её губкой, ничего более. Ты никогда не вкладёшь в своё прикосновение развязность, свойственную их бывшим мучителям. Сжимаешь в кулаке мякий, как поролон, предмет, выжимая пену, пахнущую лавандой, и робко проводишь ею по выпуклостям девочки. Гретель запрокидывает в удовольствии голову, еле слышно и благодарно мурча, принимая обычное механическое движение как порочную ласку. Замечаешь, что её кожа покрывается мурашками, а почти незаметные волоски на высохших участках возбуждённо приподнимаются, как шерсть кошки во время испуга.
- Старшая сестра, тебя нравится грудь сестрёнки? - беззастенчиво интересуется Гензель, наблюдая с особым наслаждением за вашим взаимодействием.
- Ты можешь потрогать её руками, старшая сестра, ты достойна получить благодарность за свою доброту к нам, - шепчет, как благословение, Гретель, обхватывая ладони твою руку, когда ты отвлеклась {censored}, и силком уволокла её к предмету обсуждений.
Из её мокрой хватки твоя рука выскользнула также легко, как и влажное мыло, но и Гретель, и Гензель сопроводили твоё грубое действие разочарованными взглядами. Ты чувствовала себя ошпаренной, потому что пальцы, которые частично задели затвердевшие соски девочки, горели как в огне. Ты потёрла обожжённую конечность, уныло опустив взгляд и яростно стискивая зубы; почему же мир был так несправедлив по отношению к этим невинным детям, которые отныне не видели ничего зазорного в таких пошлостях? Плачущее по их заблудшим душам сердце терзала агония. Тебе было до боли обидно за них и, кажется, это страдание возымело физический отклик - тело начало покалывать острыми иглами. А дети, с досадой смотрящие на тебя, ничего не понимали, как последние глупые парнокопытные, наивно полагающие, что их не отправят на скотобойню.
- Так нельзя! - срываешься на крик, когда нервная почва становится рыхлой, и чувствуешь, как к глазам подступают предательские, горькие слёзы, омывающие каменеющую душу под тяжестью осознания происходящего.
- Почему? - озадаченно спрашивает Гретель, искренне не понимая, почему ты пытаешься оградиться от их пристального внимания.
- Мы ведь любим тебя, старшая сестра, - протяжно изрекает Гензель, делая свой голос тягучим, обволакивающим, прилагающим все усилия для твоего согласия позволить им показать, как они умеют любить.
- Вы не понимаете... - севшим голосом неразборчиво бормотала ты, потирая в сонливой манере красные глаза.
- Мы всё понимаем, - хором ответили дети, помешав тебе зайтись новыми рыданиями, пока горький комок рос в горле. - И мы хотим, чтобы наша старшая сестра познала нашу любовь.
Смахиваешь влажные дорожки с щёк, пытаясь настроить себя на мысли, что когда-нибудь тебе всё же удастся исправить их, поставить на верный путь. Помогаешь ребятам вылезти из остывшей воды, протираешь их полотенцами, усилием воли не обращая внимания на то, как они наслаждаются простыми механическими действиями с твоей стороны. За окном простиралась ночь, вступив в свои законные владения, поэтому ты укладываешь детей на кровать. Собираешься уходить, как Гензель хватает тебя за руку и притягивает к себе.
- Старшая сестра, можно поцеловать тебя?
- Это неправильно, - машинально отвечаешь ты, пытаясь отгородиться от ненормального желания мальчика, но его тонкие пальцы лишь продолжают надавливать на твою кожу.
- Нет, старшая сестра, всё хорошо. Мы ведь любим тебя, а ты - нас, значит, у нас всё правильно, - вторит брату Гретель, подползая ближе к краю кровати, вытягивая своё красивое и бледноватое, как у фарфоровой куклы, лицо навстречу тебе.
- Вы ещё маленькие... - начала оправдываться ты, но на твои раздвигающиеся губы тут же легли два пальца сестры и брата.
- Нет, старшая сестра, после того, что нам пришлось пережить, мы уже не являемся детьми, - без ярких эмоций, какие были уместны при душераздирающих воспоминаний, пояснил Гензель. А ты тем временем при одном малейшем упоминании начала проглатывать громадный комок из новых слёз.
- Тогда я сделаю всё, чтобы окунуть вас снова в детство! - всхлипнула ты, когда они убрали пальцы, и выдавила из себя нечто на подобие улыбки. - Вам понравится, я уверена!
- Мы верим тебе, старшая сестра, - с невероятно нежной улыбкой сказала Гретель, томно выдохнув.
- Но позволь нам для начала окунуть тебя в наш личный мир, который открыт только для тебя, - закончил за неё мальчик, преодолев между вами расстояние.
В твоём сознании происходило нечто неописуемое и не поддающееся логике. Эмоции сменяли друг друга с бешеной скоростью, но ты так и не сумела оттолкнуть от себя доверчиво тянущихся детей, которые творили вовсе не детские вещи. Глотая слёзы и позволяя Гензелю смывать часть их своим тёплым языком, ты дала им разрешение на всё: на бесстыдный поцелуй мальчика, который поражал тебя своими умениями, и на прикосновения Гретель к твоим бёдрам, чьи мягкие ладони скользили под юбку, не встречая преград. "Я обязательно помогу им исправиться!", - твёрдо размышляла ты про себя, всё-таки не сопротивляясь ласкам близнецов.


­­

http://phasetoleon.­beon.ru/0-1-moi-test­y.zhtml#e457 - мнение о тесте вы можете оставить здесь.
Пройти тест: http://beon.ru/test­s/1122-348.html